Дневники вампира: Пробуждение - Страница 35


К оглавлению

35

– Стефан? – Елена не услышала ни звука, но дверь внезапно распахнулась.

«Должно быть, все сегодня выглядят бледными и усталыми», – успела подумать Елена, а затем она очутилась в объятиях Стефана.

Его руки почти судорожно ее сжали:

– Елена. Ах, Елена…

Затем Стефан отстранился. Все вышло почти как прошлой ночью: Елена едва ли успела заметить, как между ними разверзается пропасть. В глазах у Стефана появилось что-то до тошноты рассудочное и холодное.

– Нет, – вымолвила Елена, едва сознавая, что говорит вслух. – Я тебе этого не позволю. – Целуя, она прильнула к нему всем телом.

Сначала Стефан никак не откликнулся, но затем его тело задрожало, и их поцелуй стал поистине жгучим. Его пальцы погрузились в ее волосы, и вселенная сжалась вокруг Елены. Более не существовало ничего, кроме Стефана, его рук, обнимавших ее, и огня, рождавшегося от соприкосновения их губ.

Несколько мгновений или столетий спустя они разорвали объятия, не в силах справиться с дрожью. Но взгляды влюбленных так и остались прикованы друг к другу, и Елена заметила, что зрачки Стефана слишком широки даже для этого скудного света; вокруг них оставалась лишь тонкая зеленая полоска. Юноша выглядел потрясенным, а его рот – этот рот! – казался немного припухшим.

– Думаю, – начал Стефан, и Елена опять смогла расслышать излишнюю рассудочность в его голосе, – думаю, в таких случаях нам следует быть осторожнее.

Елена кивнула, потрясенная произошедшим не меньше.

«Только не на публике, – подумала она. Не в тот момент, когда Бонни и Мередит ждут внизу. Да и наедине тоже, если только…»

– Но ты можешь просто меня обнимать, – заметила она.

Как странно, что после такого страстного порыва она испытывала в его объятиях такой мир и покой.

– Я люблю тебя, – прошептала Елена в грубую шерсть его свитера.

И почувствовала, как его охватывает дрожь.

– Елена… – снова начал Стефан, и в голосе его зазвучало откровенное отчаяние.

Елена подняла голову:

– В чем дело, Стефан? Разве в этом можно ошибиться? Разве ты меня не любишь?

– Я…

Он беспомощно на нее посмотрел – тут они услышали, как от подножия лестницы слабо доносится голос миссис Флауэрс:

– Мальчик мой! Мальчик мой! Стефан! – Похоже, старуха вдобавок барабанила туфлей по перилам.

Стефан вздохнул:

– Лучше я пойду посмотрю, что ей нужно. – С непроницаемым лицом он выскользнул из ее объятий.

Оставшись одна, Елена сложила руки на груди и невольно вздрогнула. Здесь было так холодно.

«Где то должен быть огонь», – думала она, медленно оглядывая комнату и, наконец, упираясь взглядом в комод красного дерева, который она рассматривала прошлой ночью.

Металлический ларец.

Елена взглянула на закрытую дверь. Если Стефан внезапно вернется и ее поймает… Нет, ей определенно не стоило этого делать… однако Елена уже двигалась к комоду.

«Вспомни жену Синей Бороды, – сказала она себе. – Ее погубило именно любопытство».

Но пальцы Елены тем временем уже ощупывали железный ларец. Сердце стучало оглушительно, но она откинула крышку.

В тусклом свете шкатулка сначала показалась пустой, и Елена нервно рассмеялась. Чего она ожидала? Любовные записки от Кэролайн? Окровавленный кинжал?

Но затем Елена увидела тонкую шелковую полоску, аккуратно свернутую и уложенную в угол шкатулки. Достав полоску, она пробежала по ней пальцами. Вот она, та самая абрикосовая ленточка, которую Елена потеряла на второй день занятий в школе.

«Ах, Стефан!»

Слезы жгли Елене глаза, а в ее сердце неотвратимо поднималась всесокрушающая любовь.

«Так сразу? Ты так сразу в меня влюбился? Стефан, я так тебя люблю!»

«И совершенно неважно, что ты не можешь в этом признаться», – подумала Елена.

За дверью раздались какие-то звуки. Быстро свернув ленточку, Елена положила ее обратно в угол ларца. А затем обернулась к двери, торопливо утирая непрошеные слезы.

«Неважно, что ты не можешь сказать мне это прямо сейчас. Я скажу это за нас обоих. И когда-нибудь ты ответишь мне».

Глава 10

7 октября, около 8 утра

Мой милый дневник!

Пишу это на уроке тригонометрии и отчаянно надеюсь, что Гальперн ничего не заметит.

Вчера вечером у меня при всем желании не нашлось времени записать новости. Получился безумный, непредсказуемы день – вроде того вечера встречи выпускников. Сегодня утром на уроке мне показалось, что все, случившееся в прошлый уик-энд, было сном. Скверные события оказались очень скверными, зато хорошие – необычно хорошими.

Я не собираюсь официально выдвигать обвинения против Тайлера. Правда, он временно исключен из школы и из футбольной команды. Так же как и Дик – за пьянство на танцах. Никто, правда, открыто об этом не говорит, но я не знаю, что очень многие считают его ответственным за то, что случилось с Вики. Сестра Бонни видела вчера Тайлера в клинике и говорит, что у него под глазами два колоссальных фингала, а все лицо в лиловых подтеках. Я волей-неволей тревожусь о том, что случилось, когда они с Диком вернутся в школу. Теперь них куда больше причин ненавидеть Стефана.

Итак. Стефан. Я проснулась сегодня утром и запаниковала, думала: «А что, если все это не правда? Или, если этого никогда не происходило? Или если он передумал?» Тетя Джудит за завтраком тоже беспокоилась, потому что я опять толком ничего не ела. Но затем я отправилась в школу и увидела Стефана в коридоре рядом с канцелярией. Мы просто посмотрели друг на друга. И все мои сомнения развелись. Стефан мне лукаво улыбнулся. Я сообразила, что он опять прав, что нам лучше не набрасываться друг на друга в школьном коридоре. Если мы, конечно, не собираемся своими страстными объятиями повеселить секретарей.

35